Главная / Культура / Марк Хэммил: я взошел на корабль из «Звездных войн» и ком встал в горле

Марк Хэммил: я взошел на корабль из «Звездных войн» и ком встал в горле

Накануне премьеры нового эпизода «Звездных войн» актер Марк Хэммил, уже 40 лет играющий культового персонажа Люка Скайуокера, рассказал о том, каково это — полноценно вернуться в легендарную сагу спустя столько лет.

8 декабря на российские экраны выходит 8 эпизод культовой саги «Звёздные войны» — «Звёздные Войны: Последние джедаи». Одним из самых важных событий для фанатов франшизы стало полноценное возвращение любимого ими Люка Скайуокера — персонажа, которого уже 40 лет играет Марк Хэммил. Четвертая, пятая и шестая часть «Звездных войн» — так называемая «оригинальная» серия, снятая на рубеже семидесятых-восьмидесятых годов — полностью держалась на персонаже Хэммила. Позже вышедшие эпизоды (с первого по третий) рассказывали о том, что произошло еще до его рождения. А в последней по времени выхода на экран седьмой части («Звездные войны. Пробуждение силы») его роль была эпизодической. И вот, к радости поклонников франшизы, Скайуокер снова в центре сюжета.

Накануне премьеры новой серии легендарных «Звездных войн» Марк Хэммил ответил на вопросы журналистов.

— С возвращением, Марк! В 7 эпизоде у Люка Скайуокера было лишь несколько сцен. Теперь он снова в центре сюжета?

Марк Хэммил: — А вместе с экранным временем добавилось и ответственности! (смеётся). В «Звёздных войнах. Пробуждении силы» мое участие было минимальным, поэтому я мог наслаждаться, наблюдая за съемочным процессом, тогда как мне самому не приходилось делать ничего серьезного. В новом фильме Люк — один из двигателей сюжета. Более того, он поставлен в весьма сложную ситуацию и в поступках руководствуется чем-то вроде врачебного кредо «не навреди». Во всяком случае, именно таким я пытался его показать. И постарался выложиться на полную.

— Декорации в новом фильме — предмет отдельного разговора. Наверное, лучше, чем играть в пустой комнате на фоне зеленой стены, на которой компьютерщики нарисуют все необходимое?

— О да! Там есть сцена, действие в которой разворачивается в казино. Так вот, я никогда не находился на площадке с такими пышными декорациями. Лас-Вегас умер бы от зависти! (смеётся)

— Ноги не дрожали, когда вы снова взошли на борт «Тысячелетнего сокола» (космический корабль главных действующих лиц, «дебютировавший» на экранах, как и Скайуокер, 40 лет назад, — Ред.)?

— Я думал «О, будет здорово!». И даже позвал своего сына на съемочную площадку. В общем, приехал туда со всей семьей. На студии сказали: «Будем снимать, как вы войдете в первый раз на «Сокол». Я поднялся на трап и ожидал, что сейчас на меня накатит волна ностальгии. «Сокол» для меня — что-то вроде дома, в котором ты вырос, и про который не думаешь, что когда-либо туда вернешься. И она накатила! Потому что на корабле действительно все сохранилось в том виде, как было раньше — вплоть до висящих труб, потертостей и царапин. И это было замечательно. У меня в горле встал ком. Я не хотел, чтобы меня снимали в этот момент. Я извинился и ушел в кабину корабля, где сел и подумал: «Господи, это то, что я никогда не забуду». Потому что это было так неожиданно, вызвало так много воспоминаний о том, как это все происходило раньше.

Кадр из фильма «Звёздные войны: Последние джедаи», 2017 г.

Кадр из фильма «Звёздные войны: Последние джедаи», 2017 г.

— С момента последнего фильма «Звездных войн» с вашим участием прошло уже больше 30 лет. Что осталось в память из тех, старых, съёмок?

— Память — она же как жёсткий диск: имеет ограниченный объем. Когда очередной фильм отснят, нужно двигаться дальше. Поэтому приходится делать некую чистку памяти, чтобы можно было запоминать строки нового сценария. Так что я забыл больше, чем помню. А потом ты встречаешься с фанатами, которые знают про эти фильмы все. Они их изучают, анализируют, они читали книги, играли в игры. У них можно спросить: «Какой модельный номер «Тысячелетнего сокола», а десятилетний мальчик назовет его в точности. Эти мальчишки, они просто уничтожили меня (смеется). Потом я спросил у отца одного из таких знатоков: «Откуда он это знает?» И он ответил, что у его сына есть энциклопедия про все транспортные средства из вселенной «ЗВ»: истребители вроде X-wing (корабль, используемый самим Скайуокером) или Landspeeder (наземное средство передвижения). Признаюсь: фанаты казались в определенной степени разочарованы тем, что я оказался не настолько сведущ в истории «Звездных войн», как они.

— А из съемок «Последних джедаев» что запомнилось? Это-то случилось совсем недавно!

— Наверное, в памяти останется остров, Скеллиг-Майкл. Добраться до его вершин было совсем не просто — подъем очень крутой. Но когда ты оказываешься наверху, тебя как будто переносит в другой мир. Мне приходилось испытывать это только один раз, давным-давно, в Тунисе, во время съемок первых «Звездных войн», где из-за скоплений соли, которые не позволяли расти никаким растениям, мы были окружены странной линией горизонта. Это что-то неземное. Я тогда был одет в костюм Люка, с этим ремнем, с летающей машиной и дроидом R2-D2. Команда снимала что-то другое, я остался в одиночестве. В этот момент садилось солнце. Как в той сцене с закатом, где два солнца. И я почувствовал, будто нахожусь в далекой-далекой галактике, а не на Земле. Больше такого не повторялось. Норвегия? Ну, снег есть снег. Когда мы снимали кадры для планеты Эндор в Калифорнии, я видел уже знакомые мне причудливые деревья. Но именно на этом острове я испытал то же чувство, что и в Тунисе тогда. Я опять стоял один, команда снова была занята чем-то другим, а я смотрю на море и думаю: «Я вернулся».

Источник

Оставить комментарий

Ваш email нигде не будет показанОбязательные для заполнения поля помечены *

*

Подтвердите, что Вы не бот — выберите человечка с поднятой рукой: